Дима (marigranula) wrote,
Дима
marigranula

Об авторской песне и легитимизации

У Городницкого есть стихотворение посвящённое Кушнеру. Оно кончается словами
И кажется не горькою а сладкой
Вся жизнь моя, описанная им.

Мне кажется, эти слова не одного Кушнера касаются. Не являлось ли это описание горькой жизни как сладкой одной из главных функций литературы во времена СССР? Многие советские интеллигенты были относительно (в сравнении с западными, по крайне мере) пассивны в попытках изменения своей судьбы, да и сложны и рискованны эти  изменения были. Вспомним Высоцкого:
И нас хотя расстрелы не косили,
Но жили мы поднять не смея глаз
И то что оставалось, это интерпретировать по иному свою судьбу.
Встретился в походе мужчина с женщиной из другого города, например. Понравились друг другу, но ведь для совместной жизни нужно решить уйму проблем - переезд, прописка, привыкать к друг другу в городских условиях, и т.д.... Все сложно, и это если ещё жена дома не ждет. Что ему делать? А про пассивность москвичей ещё Чехов писал в Даме с собачкой:
всякое сближение [...] у порядочных людей, особенно у москвичей, тяжелых на подъем, нерешительных, неизбежно вырастает в целую задачу, сложную чрезвычайно,
И вот наш герой садится у костра и поёт
Всем нашим встречам разлуки увы суждены
Ну да, утешает он себя, такая вот судьба, всем встречам (и нашей то же) ведь разлуки суждены... Сложная проблема требующая активных действий переводится в плоскость светлой грусти о несложившемся.
Но главное - это терпение. Согласно дискурсу, сжав зубы, нужно терпеть удары судьбы, потому что....   "Почему", конечно варьируется....
Например, Понедельник начинается в субботу рассказывает МНСу что главное - это наука (и то что Привалов с Корнеевым живут вдвоем в одной комнате в общежитии, а маг Ойра Ойра не имеет машины - это мелкие детали). Материальное благополучее не просто безразлично, в Сказке о тройке оно вырастает просто в силу мешающю науке. Дескать, выбирай - или жить в отдельной квартире или двигать вперед науку. Соответственно, наш МНС трансформирует свою историю "я живу с тещей, женой и ребенком в двухкомнатной квартире потому-что я непробивной, стеснительный, а за границу уехать вообще боюсь" в "Я двигаю вперёд науку, мне не до мелочей быта". Или, по Городницкому
А я иду, доверчивый влюблённый
Подальше от сервантов и корыт,
И, как всегда, болот огонь зелёный
Мне говорит, что путь открыт.

И у Окуджавы мы видим переведение элементарного отсутствия территории где можно встречаться с девушкой в романтическую плоскость переживаний. Окуджавовские герои не готовы уподобится героям Клячкина:
Говорила Тошенька:
"Миленький, мне тошненько..."
- Ну, чем тебя порадую? -
Что ж, зайдем в парадную.
Невеселый это путь,
а нам ступеньки - словно мох.
Кто-то смотрит - ну и пусть!

Вести девушку в парадную ему стыдно, да и девушка не из таких, тоже романтичная. А в результате
Мама, мама, это я дежурю,
Я дежурный по апрелю

Бытовое отсутствие места для секса переводится в плоскость трансциндентно - романтичного. Здесь нам явно не хватает поручика Ржевского с воплем "Это баба! Её трахать надо!"
Другой пример такого же подхода Окуджавы к романтизации мы видим в песне А мы швейцару: Отворите двери! Песня, по существу, описывает младших редакторов и корректоров, которые наконец накопили денег чтобы сводить девушку в ресторан. Но даже в ресторане остается желание (или точнее, потребность) противопоставить себя более материально успешным посетителям, что бы сделать не стоящими внимания (если не достойными восхищения!) собственые небольшие финансовые ресурсы:
На нас глядят бездельники и шлюхи.
Пусть наши женщины не в жемчуге,
послушайте, пора уже,
кончайте ваши "ах" на сто минут.
Здесь тряпками попахивает так...
Здесь смотрят друг на друга сквозь червонцы...
Песни ( и не только) помогали переводить тяжелую жизнь в плоскость романтики, где невероятно важная миссия (ну например, землю в Гренаде крестьянам отдать) затмевает все остальное. Романтика гибели ради далеких крестьян, ради науки - не счесть примерам числа.Люди садились у костра и пели о своей жизни, привычно стараясь увидеть её если не сладкой, то по крайне мере не такой горькой.
Tags: Визбор, Городницкий, Мысли о литературе, Окуджава
Subscribe
  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 32 comments